Галковский Дмитрий Евгеньевич (![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} galkovsky) wrote,@ 2009-06-19 22:49:00 |
|
551. АМЕРИКА – САН-ФРАНЦИСКО. БРОДИЛКА И РАЙ
Больше всего мне в Америке понравилось Сан-Франциско. Спору нет, Нью-Йорк впечатляет, Вашингтон забавен, но если где в Америке жить, так это в Сан-Франциско. В Нью-Йорке хорошо тусоваться или писать в одиночестве книгу. Он чем-то похож на Париж, и понятно чем – Париж тоже был мировой столицей. В Вашингтоне (вашингтонском ареале) хорошо работать. Есть все столичные возможности для работы и нет всех минусов мегаполиса. Но поселиться и провести жизнь… Только Калифорния и только Сан-Франциско.
Конечно, я выбираю из того, что видел. Но, в общем, я ведь видел лучшее, и я видел очень много. Меня забавляют высказывания некоторых юзеров: «это не Америка», «это краешек», «люди живут не так». Ничего себе «краешек». Там живёт четверть американцев, производящих чуть ли не половину ВВП. Этак и про юго-восток Австралии можно сказать «краешек, ненастоящая Австралия». А что тогда настоящее? Пустыни и аборигены? Я уж не говорю про мобильность американцев, постоянно переезжающих из штата в штат. Думаю, побывав в трёх главных регионах, я видел почти всё. Насколько поверхностно – это другой вопрос.
Чудеса начались ещё в Вашингтоне. По аэропорту Далласа нас везли к самолёту вот такие агрегаты. Внутри у них вдоль четыре ряда сидений, агрегаты могут приседать и подниматься. Заходишь из одного помещения, входишь в другое. Похоже на гигантские горизонтальные лифты.
До Калифорнии летели пять часов, погода была разная, но над штатом распогодилось. Горы, долины, леса, поля. КАК ВДРУГ…
Вдруг мы влетели в стену ваты. Приземляемся: сумеречный туман, температура +14, ветер. А я только в Вашингтоне в себя пришёл, перестал кашлять. Солнышко, жарко. Думаю, в Калифорнии закреплю успех. Купил шорты, чтобы не свариться. И вот сюр-приз.
Нас встречает улыбающийсяalzheimer, который десять лет заманивал в Калифорнию идеальной погодой: «Круглый год солнце, 25 градусов, люди живут по 120 лет». Тут бы до 49 дожить. Альцгеймер улыбается: «Ща будет. Через полчаса 25 градусов, солнце, все дела». А видно, что не будет ничего. МОГИЛА. Он сам «успокоил»: это ничего, ЗДЕСЬ ВСЕГДА ТАК. - Как так? - А так. Над аэропортом всегда туман, в среднем всегда +17. Круглый год. Вариации бывают, но редко.
Тем не менее, как только мы отъехали от аэропорта на 10 км., появилось обещанное солнышко. Сан-Франциско город небольшой, зажатый с трёх сторон океаном, заливом и административными границами других городов. Но, по сути, большим Сан-Франциско можно считать огромную агломерацию из десятков и даже сотен населённых пунктов, живёт там миллионов 8-9. Всё это хозяйство находится в разном отношении к очень сложной гидрометеоструктуре, которую образует Залив, Долина, Горы и Океан. Дело в том, что по широте Сан-Франциско это южное Средиземноморье, почти Африка. Но вдоль берега проходит океанское холодное течение с Аляски, и получается странная флуктуация. Я бы это назвал «Кабул на берегу Белого моря». Жара, печёт солнце, а с Залива веет ледяным холодом. Арктическим. В самых тёплых местах на прогретом мелководье народ не купается. Если только в специальных термокостюмах. Причём там так всё закручено, что флуктуация стабильна круглый год. Вроде Красного пятна на Юпитере. То есть погода везде разная, иногда пешком можно перейти в другую климатическую зону ЗА МИНУТУ, но в данном месте она одинаковая круглый год. В среднем в самом городе плюс 17-23 и частые туманы, а рядом, в Замкадье +28 и вечное солнце (то-то радость была бы для ненавистников Москвы :)) ).
Мне это что-то мучительно напоминало, я никак не мог сформулировать и наконец понял – БРОДИЛКА. Калифорния это РПГ.
Вот небольшой пляжик. Внизу люди загорают.
К эвкалиптам меня утята подтаскивали под руки. Чтобы я перестал кашлять. Только ими и спасался. Потому что жара, потом туман, ветер, опять жара, кондиционер, жара, холодный шквал.
Эвкалиптов в Калифорнии много и местное население считает их сорняками. Отдельное дерево может смотреться симпатично (оно, кстати, может быть очень высоким), но рощи эвкалиптов выглядят страшно. Похоже на лес мёртвых деревьев с содранной корой и увядшими листьями, в этих лесах стоит гробовая тишина. Ни насекомые, ни звери в них не живут – всё убивают эфирные испарения. В Австралии деревья жрёт мутант коала, но для коал в Калифорнии холодно – они дохнут. Вот и разрастаются мёртвые леса. К тому же это запал для постоянных пожаров. В общем, так себе дерево.
Зато в Калифорнии сбылась мечта моего детства – я посмотрел на секвойи.
Правда до широченных исполинов я не доехал – было мало времени, но к «редвудам» свозили. Это тоже вид секвой, но они гораздо выше и тоньше классических. Но всё равно впечатляет. Особенно когда лес. Снизу они по конфигурации как обычные сосны, только большие, но если можно было бы посмотреть на отдельно стоящее дерево с середины, то оно смешное. Это огромная сосиска с тонюсенькими (сравнительно) веточками наверху. Поскольку это самые высокие деревья в мире, то им, чтобы поддерживать ствол, нужна гораздо бОльшая толщина, чем обычным деревьям.
Ещё таким деревьям нужно время. Много времени. А в любом лесу случаются пожары. Пускай раз в сто лет (в Калифорнии гораздо чаще). А секвоям нужно тысячу. Поэтому они покрыты особой пожароустойчивой корой.
Она волокнистая, рыжая, похожая на шерсть мамонта. Если кора нарушена, древесина внутри выгорает, так образуются огромные дупла.
Вот меня снял Кирилл Крылов (geophoto) Он профессиональный фотограф, говорит что лучше всего в таких дуплах снимать голых женщин. И снимает :))
Интересно, что отец этого юзера известный ботаник, всю жизнь про секвойи писал, а секвой не видел. Обычная советская история. Может после его статьи в «Пионере» и запали мне в голову волшебные секвойи.
Другой юзер, -panchul -, экстравагантный миллионер (я, говорит, сотовый с собой не ношу, а зачем - Действительно, зачем?) свозил меня в замечательный японский сад Сан-Франциско и рассказал много интересного про камелии, которыми он увлекается. Особенно понравилось то, что разведение камелий перестало быть модным, в многочисленные клубы камелеводов и камелеманов записываются люди не моложе 50-60 лет. А чтобы вывести первые интересные сорта надо лет 20. Отсюда грустный вывод и кризис камелеводства.
Лишь подул ветерок, вот и нету цветка
Да, коротка жизнь цветов и людей, коротка.
Сводил он меня также в широко известный в утиных кругах утиный магазин. Но об этом позже.
Вернёмся к калифорнийскому климату. Мы чуточку отъехали от побережья в Стенфорд, а там тропическое солнце и пальмы.
Получилось, что одет не по сезону. (Кстати, из-за быстрых перепадов климата к вечеру казалось, что с утра прошло дня три-четыре.) Сижу и думаю, хорошо бы здесь было учиться. Университет огромный, но чувствуется что это университет. Университет это вечность, для университета 200 лет ерунда. Вечная молодость, вечная грусть и вечная радость. Сосредоточение. Школа ненормальна, университет нормален. Здесь можно провести жизнь, окружённым студентами, в мире своих мыслей и книг. В МГУ иногда чувствуется такое, но не сильно. А тут мощь. Видно, что на века сделано, и жизнь здесь будет всегда. Пустынные аллеи и площади, бой часов.
Через 50 лет здешние люди захватят власть над миром. Капиталисты - умирающий класс. Уже сейчас бюджет Стенфорда около 10 миллиардов долларов. Действуют тихо, незаметно. Не пыхтят вонючими трубами, не шумят паровозами. Но власть их будет на века.
Стенфорд стилизован под колониальную испанскую архитектуру, но очень по-умному. Всё строилось сразу, с американским размахом, где надо здания очень большие, где надо - маленькие. Есть и вертикали и горизонтали, везде скульптуры Родена, английские газоны, фонтаны и пальмы. Соединение мексиканского 18-го века и 30-х годов американского 20-го дало английский университетский город. Удивительно, но факт. Архитектура, как и фотография, вид искусств американский. Умеют.
Народ там космополитичный, бросилась в глаза масса индусов. Индусы - это китайцы с человеческим лицом.
Тем не менее, вернусь к климату. Меня очень увлекла «погода на выбор». В Стенфорде солнце, фонтаны, а посмотреть повыше и видно вот что:
Выше над зданиями – видите? И то же вблизи:
Захотел - и 14 градусов, ветер и туман. Гарантированно. В самом Сан-Франциско рай для москвича. Круглый год «лучшая московская погода»: +17+23, солнца нет, воздух влажный, но сухо. Вы думаете, раз там туманы, так дожди постоянно. НИЧЕГО ПОДОБНОГО. Дождей мало, летом шесть месяцев дождей нет вообще. Мне сказали, я не поверил, но факт – при мне ни одного дождя в Калифорнии не было нигде. То есть, как москвич, я заточен на такой климат. У меня в такую погоду лучше всего работает голова и всегда хорошее настроение.
Но это ещё не всё. Декорацию можно всегда сменить. От тропиков до зимы – дальше в горах снег. (В Сан-Франциско видел отличную рекламу горнолыжного курорта: «Приобрети привычку, которая не изменит состав твоей мочи». Там все шутки вокруг этого, точно также как в Красноярске вокруг «шёл – умер».)
Плюс океан. Куда есть выход во всех видах – утёсы, пляжи, пристани, набережные, ласточкины гнёзда. И огромный залив, пересечённый удивительными мостами. По сравнению с которыми Бруклинский - почти лужковщина.
В начале поста помещено фото знаменитого моста «Золотые ворота». Он снят с обрыва холма, на котором раньше размещалась батарея береговой обороны.
Все берега вокруг испещрены дотами и пунктами корректировки огня. Военная база находилась также до недавнего времени на острове Сокровищ.
Вот вид оттуда на второй мегамост.
Ну а к мостам сам город. В отличие от Нью-Йорка, небоскрёбы Сан-Франциско не образуют параллельного мира, они органическая часть города, потому что сам город стоит на очень крутых холмах, там нет манхеттенской горизонтали.
Да и вообще… Такое впечатление, что город состоит из Галковских. Даже нищие на редкость эксцентричны и каждый по-своему. Мы видели нищих, которые лёжа в спальных мешках на ночь читали книги. Один побирался, принимая разные позы и застывая на пять минут, другой играл на скрипке, водя неканифоленным смычком по одной струне туда-сюда и при этом мелко трясся. Однажды мимо нас проходил что-то напевающий 30-летний негр, внезапно картинно прижал руку к груди, поклонился и сказал:
- Прошу прощения, милостивые господа, не беспокойтесь, я ни в коем случае не буду у вас просить денег. Дайте мне доллар.
А уж народ посложнее... В конце калифорнийского периода я остался один (Антон уехал раньше, а Роман чесанул к родственникам на Аляску). Ну решил в аэропорт нанять переводчика. Порекомендовали женщину. ОК. Перед отлётом спрашиваю, а она сможет в 7.30 к гостинице приехать. Рано же.
– Сможет-сможет. Она в церкви на органе играет, привыкла рано вставать.
Я понял, что ни из какого Сан-Франциско не уеду. Тем не менее, органистка приехала вовремя, оказалось, что у неё совершенно разные глаза. То есть совсем. Я, говорит, ведьма. Ну, я интерпретировал ситуацию иначе. Мол, просто внутри девушки есть две половинки – «Катя хорошая» и «Катя очень хорошая». И между ними постоянно происходит борьба хорошего с лучшим. Такая теория бесконфликтности органистке очень понравилась, мы остаток времени провели в приятной беседе, я намекнул, что у меня нет слуха, Баха не было и мы договорились, что в следующий раз она обязательно сыграет мне на органе. В конце я говорю: а хорошо, что чел вас рекомендовал. А она смеётся: да мы с ним в общей сложности знакомы полчаса, неделю назад на вечеринке встретились – по пьяни.
В общем, наши люди. Мне было бы легко учиться в Сан-Франциско в школе, в Стенфорде я был бы счастлив и стал учёным, и вообще меня бы здесь любили и уважали. Город комплиментарный. Как и Америка в целом. Но тут особенно.
Кстати, о любви. В Сан-Франциско живёт главная галковсковедка Америки Елена Злобина, начавшая изучение моего творчества ещё в России.
От так от. Выдал деушке сертификат главного американского галковсковеда. Если у кого какие вопросы – к ней.
А вот встреча с читателями. Читатели здесь оказались по-голливудски прорисованными, как будто актёры. Слева типичный ботаник из американского фильма, будущий лауреат нобелевской премии. А он и на самом деле физик-теоретик, занимающийся какой-то метагалактической экзотикой. Девушка рядом - восторженный филолог, а она и есть филолог-галковскоманка, всю дорогу задававшая мне вопросы о будущем России. Дальше с фотоаппаратами два фотографа. А они и есть два профессиональных фотографа. Крайний справа Кирилл, свозивший меня на следующий деньв Богемский лес к секвойям. По лицу видно, что у него должен быть зычный голос и небольшая отдышка. Так и есть. Люди в Калифорнии ПРОРИСОВАННЫЕ :). А я – непонятно кто. Хамелеон.
И о чём думаю – никогда не понятно.
Это моё любимое фото, сделанное в Америке. Я ведь последний раз на море был в 1974 или 75 году. Ещё в Исландии – но это север, не так воспринималось. А тогда, - в начале юности, - я лежал на берегу крымского пляжа, ноги были в воде, светило солнце. И вдруг я отчётливо понял, что не будет ничего. Ни солнца, ни тёплого моря. Если я сюда и приеду, то через 30-40 лет больным стариком, когда мне ничего не будет нужно. Солнечное море это ошибка. Случайность, не имеющая никакого отношения к моей унылой жизни.
А тут я смотрел на залив, на мост, тающий в золотистой дымке, на паруса и казалось что мне 17 лет, что всё хорошо. Я закончил школу, у меня есть девушка и впереди целая жизнь.
Вот такую шутку сыграла с бедным писателем счастливая Калифорния – страна-мечта. На склоне лет есть у меня теперь и этот залив, и это солнце, и отблеск несостоявшейся счастливой жизни.
Больше всего мне в Америке понравилось Сан-Франциско. Спору нет, Нью-Йорк впечатляет, Вашингтон забавен, но если где в Америке жить, так это в Сан-Франциско. В Нью-Йорке хорошо тусоваться или писать в одиночестве книгу. Он чем-то похож на Париж, и понятно чем – Париж тоже был мировой столицей. В Вашингтоне (вашингтонском ареале) хорошо работать. Есть все столичные возможности для работы и нет всех минусов мегаполиса. Но поселиться и провести жизнь… Только Калифорния и только Сан-Франциско.
Конечно, я выбираю из того, что видел. Но, в общем, я ведь видел лучшее, и я видел очень много. Меня забавляют высказывания некоторых юзеров: «это не Америка», «это краешек», «люди живут не так». Ничего себе «краешек». Там живёт четверть американцев, производящих чуть ли не половину ВВП. Этак и про юго-восток Австралии можно сказать «краешек, ненастоящая Австралия». А что тогда настоящее? Пустыни и аборигены? Я уж не говорю про мобильность американцев, постоянно переезжающих из штата в штат. Думаю, побывав в трёх главных регионах, я видел почти всё. Насколько поверхностно – это другой вопрос.
Чудеса начались ещё в Вашингтоне. По аэропорту Далласа нас везли к самолёту вот такие агрегаты. Внутри у них вдоль четыре ряда сидений, агрегаты могут приседать и подниматься. Заходишь из одного помещения, входишь в другое. Похоже на гигантские горизонтальные лифты.
До Калифорнии летели пять часов, погода была разная, но над штатом распогодилось. Горы, долины, леса, поля. КАК ВДРУГ…
Вдруг мы влетели в стену ваты. Приземляемся: сумеречный туман, температура +14, ветер. А я только в Вашингтоне в себя пришёл, перестал кашлять. Солнышко, жарко. Думаю, в Калифорнии закреплю успех. Купил шорты, чтобы не свариться. И вот сюр-приз.
Нас встречает улыбающийся
alzheimer, который десять лет заманивал в Калифорнию идеальной погодой: «Круглый год солнце, 25 градусов, люди живут по 120 лет». Тут бы до 49 дожить. Альцгеймер улыбается: «Ща будет. Через полчаса 25 градусов, солнце, все дела». А видно, что не будет ничего. МОГИЛА. Он сам «успокоил»: это ничего, ЗДЕСЬ ВСЕГДА ТАК. - Как так? - А так. Над аэропортом всегда туман, в среднем всегда +17. Круглый год. Вариации бывают, но редко.Тем не менее, как только мы отъехали от аэропорта на 10 км., появилось обещанное солнышко. Сан-Франциско город небольшой, зажатый с трёх сторон океаном, заливом и административными границами других городов. Но, по сути, большим Сан-Франциско можно считать огромную агломерацию из десятков и даже сотен населённых пунктов, живёт там миллионов 8-9. Всё это хозяйство находится в разном отношении к очень сложной гидрометеоструктуре, которую образует Залив, Долина, Горы и Океан. Дело в том, что по широте Сан-Франциско это южное Средиземноморье, почти Африка. Но вдоль берега проходит океанское холодное течение с Аляски, и получается странная флуктуация. Я бы это назвал «Кабул на берегу Белого моря». Жара, печёт солнце, а с Залива веет ледяным холодом. Арктическим. В самых тёплых местах на прогретом мелководье народ не купается. Если только в специальных термокостюмах. Причём там так всё закручено, что флуктуация стабильна круглый год. Вроде Красного пятна на Юпитере. То есть погода везде разная, иногда пешком можно перейти в другую климатическую зону ЗА МИНУТУ, но в данном месте она одинаковая круглый год. В среднем в самом городе плюс 17-23 и частые туманы, а рядом, в Замкадье +28 и вечное солнце (то-то радость была бы для ненавистников Москвы :)) ).
Мне это что-то мучительно напоминало, я никак не мог сформулировать и наконец понял – БРОДИЛКА. Калифорния это РПГ.
Вот небольшой пляжик. Внизу люди загорают.
К эвкалиптам меня утята подтаскивали под руки. Чтобы я перестал кашлять. Только ими и спасался. Потому что жара, потом туман, ветер, опять жара, кондиционер, жара, холодный шквал.
Эвкалиптов в Калифорнии много и местное население считает их сорняками. Отдельное дерево может смотреться симпатично (оно, кстати, может быть очень высоким), но рощи эвкалиптов выглядят страшно. Похоже на лес мёртвых деревьев с содранной корой и увядшими листьями, в этих лесах стоит гробовая тишина. Ни насекомые, ни звери в них не живут – всё убивают эфирные испарения. В Австралии деревья жрёт мутант коала, но для коал в Калифорнии холодно – они дохнут. Вот и разрастаются мёртвые леса. К тому же это запал для постоянных пожаров. В общем, так себе дерево.
Зато в Калифорнии сбылась мечта моего детства – я посмотрел на секвойи.
Правда до широченных исполинов я не доехал – было мало времени, но к «редвудам» свозили. Это тоже вид секвой, но они гораздо выше и тоньше классических. Но всё равно впечатляет. Особенно когда лес. Снизу они по конфигурации как обычные сосны, только большие, но если можно было бы посмотреть на отдельно стоящее дерево с середины, то оно смешное. Это огромная сосиска с тонюсенькими (сравнительно) веточками наверху. Поскольку это самые высокие деревья в мире, то им, чтобы поддерживать ствол, нужна гораздо бОльшая толщина, чем обычным деревьям.
Ещё таким деревьям нужно время. Много времени. А в любом лесу случаются пожары. Пускай раз в сто лет (в Калифорнии гораздо чаще). А секвоям нужно тысячу. Поэтому они покрыты особой пожароустойчивой корой.
Она волокнистая, рыжая, похожая на шерсть мамонта. Если кора нарушена, древесина внутри выгорает, так образуются огромные дупла.
Вот меня снял Кирилл Крылов (
geophoto) Он профессиональный фотограф, говорит что лучше всего в таких дуплах снимать голых женщин. И снимает :))Интересно, что отец этого юзера известный ботаник, всю жизнь про секвойи писал, а секвой не видел. Обычная советская история. Может после его статьи в «Пионере» и запали мне в голову волшебные секвойи.
Другой юзер, -
panchul -, экстравагантный миллионер (я, говорит, сотовый с собой не ношу, а зачем - Действительно, зачем?) свозил меня в замечательный японский сад Сан-Франциско и рассказал много интересного про камелии, которыми он увлекается. Особенно понравилось то, что разведение камелий перестало быть модным, в многочисленные клубы камелеводов и камелеманов записываются люди не моложе 50-60 лет. А чтобы вывести первые интересные сорта надо лет 20. Отсюда грустный вывод и кризис камелеводства. Лишь подул ветерок, вот и нету цветка
Да, коротка жизнь цветов и людей, коротка.
Сводил он меня также в широко известный в утиных кругах утиный магазин. Но об этом позже.
Вернёмся к калифорнийскому климату. Мы чуточку отъехали от побережья в Стенфорд, а там тропическое солнце и пальмы.
Получилось, что одет не по сезону. (Кстати, из-за быстрых перепадов климата к вечеру казалось, что с утра прошло дня три-четыре.) Сижу и думаю, хорошо бы здесь было учиться. Университет огромный, но чувствуется что это университет. Университет это вечность, для университета 200 лет ерунда. Вечная молодость, вечная грусть и вечная радость. Сосредоточение. Школа ненормальна, университет нормален. Здесь можно провести жизнь, окружённым студентами, в мире своих мыслей и книг. В МГУ иногда чувствуется такое, но не сильно. А тут мощь. Видно, что на века сделано, и жизнь здесь будет всегда. Пустынные аллеи и площади, бой часов.
Через 50 лет здешние люди захватят власть над миром. Капиталисты - умирающий класс. Уже сейчас бюджет Стенфорда около 10 миллиардов долларов. Действуют тихо, незаметно. Не пыхтят вонючими трубами, не шумят паровозами. Но власть их будет на века.
Стенфорд стилизован под колониальную испанскую архитектуру, но очень по-умному. Всё строилось сразу, с американским размахом, где надо здания очень большие, где надо - маленькие. Есть и вертикали и горизонтали, везде скульптуры Родена, английские газоны, фонтаны и пальмы. Соединение мексиканского 18-го века и 30-х годов американского 20-го дало английский университетский город. Удивительно, но факт. Архитектура, как и фотография, вид искусств американский. Умеют.
Народ там космополитичный, бросилась в глаза масса индусов. Индусы - это китайцы с человеческим лицом.
Тем не менее, вернусь к климату. Меня очень увлекла «погода на выбор». В Стенфорде солнце, фонтаны, а посмотреть повыше и видно вот что:
Выше над зданиями – видите? И то же вблизи:
Захотел - и 14 градусов, ветер и туман. Гарантированно. В самом Сан-Франциско рай для москвича. Круглый год «лучшая московская погода»: +17+23, солнца нет, воздух влажный, но сухо. Вы думаете, раз там туманы, так дожди постоянно. НИЧЕГО ПОДОБНОГО. Дождей мало, летом шесть месяцев дождей нет вообще. Мне сказали, я не поверил, но факт – при мне ни одного дождя в Калифорнии не было нигде. То есть, как москвич, я заточен на такой климат. У меня в такую погоду лучше всего работает голова и всегда хорошее настроение.
Но это ещё не всё. Декорацию можно всегда сменить. От тропиков до зимы – дальше в горах снег. (В Сан-Франциско видел отличную рекламу горнолыжного курорта: «Приобрети привычку, которая не изменит состав твоей мочи». Там все шутки вокруг этого, точно также как в Красноярске вокруг «шёл – умер».)
Плюс океан. Куда есть выход во всех видах – утёсы, пляжи, пристани, набережные, ласточкины гнёзда. И огромный залив, пересечённый удивительными мостами. По сравнению с которыми Бруклинский - почти лужковщина.
В начале поста помещено фото знаменитого моста «Золотые ворота». Он снят с обрыва холма, на котором раньше размещалась батарея береговой обороны.
Все берега вокруг испещрены дотами и пунктами корректировки огня. Военная база находилась также до недавнего времени на острове Сокровищ.
Вот вид оттуда на второй мегамост.
Ну а к мостам сам город. В отличие от Нью-Йорка, небоскрёбы Сан-Франциско не образуют параллельного мира, они органическая часть города, потому что сам город стоит на очень крутых холмах, там нет манхеттенской горизонтали.
Да и вообще… Такое впечатление, что город состоит из Галковских. Даже нищие на редкость эксцентричны и каждый по-своему. Мы видели нищих, которые лёжа в спальных мешках на ночь читали книги. Один побирался, принимая разные позы и застывая на пять минут, другой играл на скрипке, водя неканифоленным смычком по одной струне туда-сюда и при этом мелко трясся. Однажды мимо нас проходил что-то напевающий 30-летний негр, внезапно картинно прижал руку к груди, поклонился и сказал:
- Прошу прощения, милостивые господа, не беспокойтесь, я ни в коем случае не буду у вас просить денег. Дайте мне доллар.
А уж народ посложнее... В конце калифорнийского периода я остался один (Антон уехал раньше, а Роман чесанул к родственникам на Аляску). Ну решил в аэропорт нанять переводчика. Порекомендовали женщину. ОК. Перед отлётом спрашиваю, а она сможет в 7.30 к гостинице приехать. Рано же.
– Сможет-сможет. Она в церкви на органе играет, привыкла рано вставать.
Я понял, что ни из какого Сан-Франциско не уеду. Тем не менее, органистка приехала вовремя, оказалось, что у неё совершенно разные глаза. То есть совсем. Я, говорит, ведьма. Ну, я интерпретировал ситуацию иначе. Мол, просто внутри девушки есть две половинки – «Катя хорошая» и «Катя очень хорошая». И между ними постоянно происходит борьба хорошего с лучшим. Такая теория бесконфликтности органистке очень понравилась, мы остаток времени провели в приятной беседе, я намекнул, что у меня нет слуха, Баха не было и мы договорились, что в следующий раз она обязательно сыграет мне на органе. В конце я говорю: а хорошо, что чел вас рекомендовал. А она смеётся: да мы с ним в общей сложности знакомы полчаса, неделю назад на вечеринке встретились – по пьяни.
В общем, наши люди. Мне было бы легко учиться в Сан-Франциско в школе, в Стенфорде я был бы счастлив и стал учёным, и вообще меня бы здесь любили и уважали. Город комплиментарный. Как и Америка в целом. Но тут особенно.
Кстати, о любви. В Сан-Франциско живёт главная галковсковедка Америки Елена Злобина, начавшая изучение моего творчества ещё в России.
От так от. Выдал деушке сертификат главного американского галковсковеда. Если у кого какие вопросы – к ней.
А вот встреча с читателями. Читатели здесь оказались по-голливудски прорисованными, как будто актёры. Слева типичный ботаник из американского фильма, будущий лауреат нобелевской премии. А он и на самом деле физик-теоретик, занимающийся какой-то метагалактической экзотикой. Девушка рядом - восторженный филолог, а она и есть филолог-галковскоманка, всю дорогу задававшая мне вопросы о будущем России. Дальше с фотоаппаратами два фотографа. А они и есть два профессиональных фотографа. Крайний справа Кирилл, свозивший меня на следующий день
И о чём думаю – никогда не понятно.
Это моё любимое фото, сделанное в Америке. Я ведь последний раз на море был в 1974 или 75 году. Ещё в Исландии – но это север, не так воспринималось. А тогда, - в начале юности, - я лежал на берегу крымского пляжа, ноги были в воде, светило солнце. И вдруг я отчётливо понял, что не будет ничего. Ни солнца, ни тёплого моря. Если я сюда и приеду, то через 30-40 лет больным стариком, когда мне ничего не будет нужно. Солнечное море это ошибка. Случайность, не имеющая никакого отношения к моей унылой жизни.
А тут я смотрел на залив, на мост, тающий в золотистой дымке, на паруса и казалось что мне 17 лет, что всё хорошо. Я закончил школу, у меня есть девушка и впереди целая жизнь.
Вот такую шутку сыграла с бедным писателем счастливая Калифорния – страна-мечта. На склоне лет есть у меня теперь и этот залив, и это солнце, и отблеск несостоявшейся счастливой жизни.
