Галковский Дмитрий Евгеньевич (galkovsky) wrote,
Галковский Дмитрий Евгеньевич
galkovsky

283. ТЯЖЕЛА И НЕКАЗИСТА ЖИЗНЬ ПРОСТОГО ПРОГРАММИСТА

В прошлой ветке я походя написал об одном из российских коронованных извергов:

«Даже Павел I, человек склонный к деспотизму, был всё-таки ДЕСПОТОМ-ИНТЕЛЛИГЕНТОМ, а не сапожником или конюхом. Например, он был восторженным почитателем Бомарше, уговорил его лично читать ему "Сивильского цирюльника" и в восхищении хлопотал перед королём Франции о разрешении постановки.»

По этому поводу один из юзеров спрашивает:

Дмитрий Евгеньевич, Вы не могли бы сказать кто такой был Радищев? Интеллегент? Писатель? Шпион? С вами трудно (невозможно) спорить, но какая-то нестыковка — Бомарше на сцену, а писателя Радищева в «бараний рог»

Покачиваясь в креслице о "бараньем роге".

Радищев был внуком петровского генерала "из потешных". Т.е. концы в воду:

- Дяденька, а почему у вас на ноге присоска?
- А это сынок, для прикола. Шутка, значитца, такая. Из потешных мы.

Худо-бедно послали внучка-"Радищева" учиться за границу. В сопроводиловке Их Императорское Величество соизволило начертать прелюбопытнейший пункт:

"А ещё, буде возможно, изучить в оной Германии славянский язык и с сей целью усердно чтением книг и разговорами себя экзерцировать".

То есть поехал маленький осьминожек изучать русский язык в Лейпциг. Читать книжки, общаться с людьми. Но НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ. Кроме родного французского и столь же родного немецкого, Радищев прекрасно знал латынь, бегло говорил по-английски и по-итальянски. А вот по-русски... Проклятущий "славянский язык" никак не давался. Не смотря на большую протекцию и очевидные способности, Радищева отставили со столичной службы. "За незнанием русского языка".

Тем не менее, упорное разумное существо продолжило свои штудии, и, поскольку в России, в отличие от Саксонии, можно было, с некоторым напрягом, найти носителей загадочного "словенского языка", Радищев язык-таки выучил. К сорока годам. И тут же опубликовал своё "Путешествие".

Сама по себе книга, явно написанная иностранцем, была подражанием на уровне плагиата двум авторам - Лоуренсу Стерну с его "Сентиментальным путешествием" и Рейналю. Что касается последнего, то Радищев переписывал у него целые страницы. Надо сказать, что Рейналь был любимцем Екатерины (в то время как его произведения сжигали во Франции). В смысле идеологического накала "Путешествие" по сравнению с Рейналем ДЕТСКИЙ ЛЕПЕТ. Соотношение примерно такое же, как мемуары Эренбурга и "Один день Ивана Денисовича".

Разумеется, карьерист Радищев совершенно не собирался вступать в какую-то оппозицию к Екатерине, а как верный адепт контролировавшихся правительством мартинистов-розенкрейцеров (их главе Кутузову и посвящено "Путешествие") пытался пристроиться к общему хору государственной демагогии о поселянах.

НО. Книга была опубликована в 1790 году, сразу после французской революции. Когда все увидели, как колоссальное государство может быть разрушено при помощи правильно перенаправленной иностранцами демагогии. По всей Европе стали приниматься ограничительные меры. Приняли их и в Петербурге.

Насколько русские действовали сурово? Судите сами.

1. Радищева ссылают на 10 лет в Сибирь. В Сибири он пользуется покровительством князя Воронцова, ему привозят из столиц книги, инструменты для научных занятий, дозволяют выписать сестру умершей жены, на которой он женится. Он нестеснён в передвижениях, занимается научной и просветительской деятельностью, пользуется доходом со своих имений (т.е. нещадно эксплуатирует крепостных).

Более того, даже такая ограничительная мера вызывает недоумение у петербургского общества, люди не понимают. что произошло. ЗА ЧТО? При этом месье Рейналь канканирует в Париже, пользуется покровительством кровавого Робеспьера.

2. После смерти Екатерины Радищев попадает под амнистию и возвращается Павлом в родное имение.

3. Наконец, Александр I с почётом возвращает Радищева в столицу и назначает членом комиссии по составлению законов.

Вскоре после этого Радищев кончает жизнь самоубийством. То ли дело в психическом расстройстве, то ли в неправильной дозировке лекарств. Тут же смерть Радищева обрастает легендами и используется аристократическим обществом для «пиняния» власти: «деспотические сатрапы довели нашего Сашу». Мне кажется, это тоже свидетельствует об общей культуре общества, его неправдоподобной для русских условий мягкости и толерантности.

Дальше Радищева время от времени поминали, но, в общем он был не нужен и не известен. Пушкин написал скептическую рецензию на «Путешествие». Книга действительно неинтересная и написанная ПОГАНО. Радищев стал Радищевым после Крымской войны, когда его переиздали в Лондоне и стали бить России челом её же добром. Т.е. взяли аристократическую фронду начала 19 века и перенаправили ПРОТИВ просвещённого класса России.

Реально в русской литературе оставил след сын Радищева – переводчик Лафонтена.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 181 comments