Галковский Дмитрий Евгеньевич (galkovsky) wrote,
Галковский Дмитрий Евгеньевич
galkovsky

29. ЖИВУ БЕЗ ЛАСКИ, БОЛЬ СВОЮ ЗАТАЯ, ВСЕГДА БЫТЬ В МАСКЕ - СУДЬБА МОЯ

Ответ на вопрос pavell из "Ноябрьских вопросов"

Вы спрашиваете, почему я стал философом? Если под словом "философ" подразумевать тип личности, то по двум причинам.

Во-первых, природные свойства. Ещё в раннем детстве я был резонёром и потешал почтенную публику всякого рода рассуждениями и поучениями. Жил я на улице Алексея Толстого в полукоммуналке. Семей было несколько, но все родственники. Старшей была пятидесятилетняя тётка. Как-то она стала ворчать на мою матушку:
- Валь, завтра надо обязательно заплатить за электричество, а то...
А я, четырёх лет, вступился:
- Во-первых (опять "во-первых", уже тогда), вы не имеете права беспокоить мою маму, она пришла с работы и устала. Во-вторых, у неё сейчас нет денег и она заплатить не может. Вот когда ей дадут деньги на работе, тогда... В-третьих..."
Тут уже и тётка, и мать и вышедшие из комнат прочие родственники стали умирать со смеху. Я был один в своей возрастной категории и все меня любили...

А во-вторых, жизненные обстоятельства. После переезда семьи на окраину Москвы, я как бы попал из метрополии в колонию. Умственные интересы сверстников были другие, тип поведения тоже. Отец стал сильно пить. Кроме того, он был болен шизофренией. Мать работала на двух работах и домой приходила часов в 10. Отец - ещё позже и на бровях. А дома была маленькая сестрёнка. Я, придя из школы, ей готовил кашу, кормил из ложечки. Когда она подросла, забирал из садика. Сначала мне её даже боялись отдавать: ей было три годика, а мне десять. В общем, я был глава семьи. Такой "одиннадцатилетний капитан", причём капитан терпящей бедствие подводной лодки. В доме постоянно что-то происходило: битьё посуды, потопы, пожары, рубка топором дверей. Отец просто был больной. И при этом человек умный, талантливый и добрый. Это, может быть, было даже хуже. Если бы я его ненавидел, то мог бы занять глухую оборону, как в школе. А так он ДОСТАВАЛ. И всякий раз по разному. Непонятно, что от него можно было ждать. Я в "Бесконечном тупике" кое-что описал, но так, на десять процентов. Мать была женщиной издёрганной, в бытовом смысле малоопытной. Например, я за свои трудовые подвиги никогда от неё не получал воздаяния. Это воспринималось как должное. Сестру, как младшего ребёнка, она любила больше, кроме того ей по какой-то причуде нравилось нас стравливать. Я над ней, старенькой, недавно подтруниваю: "Мам, ну вот ты жизнь прожила. как считаешь, в молодости ты хоть понимала, что делала?" Она смеётся: "Ох, Дим, порой такое вспоминаешь. дура-дурой". Дурой она, конечно не была. Просто молодая женщина, крутилась как белка в колесе. Тут не до книг по педагогике. Ну и покупала шоколадку, ломала детям поровну. Сестре два годика, она свою долю как арбуз ест, у неё все щёки в шоколаде. А я девятилетний - свою дольку даже распробовать толком... Умная бы мать, да ещё зная мой характер, дала бы мне всё, и сказала: это вам на двоих. Да я бы сестре всё отдал, но с чувством что старший, у меня авторитет, а я о ней забочусь, она маленькая (что и было объективно).

То есть я к 12-ти годам считал всех окружающих дураками, а они и были дураками. Поэтому я даже не считал (не мог по возрасту), а просто вёл себя как самый супер-пупер умный. Отсюда пренебрежительное отношение к окружающим. В школе я был почти круглым двоечником, а сёк ситуацию лучше всех учителей вместе взятых. Отец вваливался в коридор, я уже по мелким признакам (тип причмокивания, громкость удара вешалки о стену, скорость перемещения на кухню) просекал степень опьянения и тип необходимого поведения. Неправильное же поведение (с МОЕЙ стороны) могло привести к последствиям самым тяжёлым. Например, я однажды согласился, чтобы отец меня подстриг "несовсем в том состоянии", и он простриг мне часть уха. Повредил за ухом сосуд, хлынула кровь. ОШИБКА. Правильное решение - согласиться, но спрятать ножницы.

Надо сказать, что, в общем, я "успевал". Однажды в квартиру вломился маньяк. Входная дверь была советская, хлипкая. Глазка не было (мать боялась, что через глазок шилом глаз выколют - был тогда в народе психоз). И тут днём кто-то звонит в дверь. Никого нет, я подхожу: "Кто там?". Из-за двери сильно пьяным голосом: "Димка, открывай!" Меня так только отец звал. Я открываю, сразу толчок и из двери лезет краснорожая харя под два метра. Я сгруппировался, двумя ногами в стену напротив упёрся и каким-то неимоверным усилием дверь захлопнул, повернул запор. Он бы её с одного удара вышиб, я догадался громким голосом заорать "алё, милиция!.." Он как чесанул по лестнице, А через неделю этажом ниже девочку убили. Всё, за пять секунд не сориентировался бы и крышка.

Ещё случай. Совсем маленького пьяный отец засунул меня в отходящий трамвай, мне прищемило ногу дверью и трамвай поехал. Отец правда помог, крикнул "прыгай!" Я на одной ноге по асфальту запрыгал, народ в вагоне заревел, быстро остановили. Ну как быстро - секунд 30 минимум. Не догадался бы как прыгать (куда?) и всё.

В школе у меня никакого успевания не было, но это на фоне "господин учитель, мне бы ваши заботы". Без отца и с выросшей сестрой я в МГУ на отлично учился. Хотя и там "сёк", иначе бы и там ухо отстригли. Это и есть философия: "Очень быстро считать и не считать окружающих за людей". И обязательно "безо всякой злобы". Злоба - это признак сомнения. А тут просто "человек так устроен". "Философ". Сверху, конечно, раковина, чтобы ухо не отстригли.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments